Донетчину, которая восемь лет страдает от российской агрессии, могут ожидать более серьезные испытания. Россия перебрасывает войска на харьковское направление с целью штурма и полной оккупации Донбасса. Об этом в интервью LIGA. Net рассказал глава Донецкой военной администрации Павел Кириленко.
— Какова общая ситуация в Донецкой области?
— Стабильно напряженная, особенно вдоль линии разграничения. Происходят постоянные обстрелы населенных пунктов от юга до севера. Это Авдеевка, Марьинка, Красногоровка, Угледар. Враг пытается подниматься вверх по Волновахскому району. Периодически обстреливают крупные города Покровск и Краматорск. На севере, на границе с Харьковщиной, тоже боевые действия. Это так называемое изюмское направление.
— Сколько в регионе осталось местного населения?
— Примерно 800 000 человек. Это включая Мариуполь. До полномасштабного вторжения 24 февраля постоянно проживало 1 миллион 860 тысяч.
— В это число входят принудительно депортированные в РФ?
— Депортированных из Мариуполя около 30 000. По Волновахе эта цифра незначительна, ее считать будет целесообразно после освобождения территорий. Потому что население, оставшееся в укрытиях, и дальше там находится.
— Какие города, кроме Мариуполя, больше всего пострадали?
— Разрушение есть во всех городах, которые я называл. Очень сильно разрушение в Авдеевке, страдают Угледар, Марьинка, Красногоровка, Лиманская громада и населенные пункты, граничащие с Харьковщиной.
— Где сейчас проходит линия фронта? В Луганской области до 24 февраля было захвачено 30% территорий, сейчас — 70%. Что в Донецкой области?
— Все крупнейшие города остаются под контролем Вооруженных сил Украины и украинской власти. До 24 февраля было занято около трети региона. Сейчас под оккупацией Волноваха, Мангушская и Никольская громады с населенными пунктами вдоль побережья Азовского моря. То есть больше трети. Но по площади это незначительные населенные пункты.
— Неделю назад российское военное руководство заявило, что сконцентрируется на захвате Донбасса. В частности, наши военные связывают уход российских захватчиков с киевского и черниговского направлений. Изменилась ли оперативная ситуация в регионе?
— Ситуация острая, активные боевые действия на Донбассе были фактически с самого начала. Но сейчас мы наблюдаем передислокацию войск РФ, что свидетельствует о накоплении сил. Раньше они пытались прорваться с изюмского и южного направлений, но контратаками наши военные выбивали их. Сейчас они сосредоточены на передислокации и увеличении военных сил: от пехоты до бронетанковой техники и тяжелой артиллерии. И, конечно, мы не исключаем авиацию и крылатые ракеты.
— Россияне контролируют Изюм на Харьковщине. Насколько это опасно в контексте предполагаемого прорыва в сторону Донбасса?
— В Изюме постоянно ведутся бои. Для них стратегически важно иметь прямой вход на территорию Донбасса и возможность забрасывать войска для форсирования водных преград и вести наступательные действия.
— Какая ситуация вокруг Угледара? Насколько я понял, это еще одна стратегически важная точка для захватчиков на юге.
— Российские военные не спешат заходить даже в небольшие города, понимая, что там у них точно нет преимущества. Все наступательные операции они начинают с того, что системно обстреливают и ровняют города с землей, а затем заходят туда, где банально негде удерживать позиции. Такова тактика и в отношении Угледара, который они постоянно обстреливают и наводят панику на население. Ибо добиваться успехов без населения нереально.
— То есть и на Донбассе, где, согласно пропаганде Кремля, их ждали, — войска РФ не могут рассчитывать на «лояльность» местных?
— Люди видят разницу. Невозможно сравнить развитие подконтрольной Украине территории с неподконтрольной. У многих там есть родственники. Поэтому они понимают, что все заявления местных «властей» являются дешевым популизмом.
— Достаточно ли сейчас на донецком направлении защитников и техники, чтобы остановить вероятный штурм? Ожидается ли подкрепление?
— Мы понимаем ситуацию и максимально готовимся к ее вероятному обострению, чтобы враг не осуществил свои намерения на донецком направлении.
— Какая ситуация в Мариуполе? Сколько процентов города контролирует враг?
— Идут бои в центре города и в направлении порта. Постоянно происходит передислокация небольших группировок. Гатят по жилым домам. Танки врага подъезжают и обстреливают все уцелевшие дома под предлогом, что там могут находиться «нацисты». А на самом деле ведут огонь, чтобы им легче было выявлять защитников Мариуполя.
Город продолжает находиться под контролем украинской власти, но по части территории передвигаются российские войска и наемники. По многим подтвержденным материалам есть представители Чеченской республики.
— Много спекуляций среди пропагандистов по металлургическому комбинату «Азовсталь». Кто контролирует это предприятие?
— Еще в начале активных боевых действий «Азовсталь» был переведен в режим горячей консервации. Сейчас его разрушают враги, основные производственные процессы там остановлены. Особого контроля, чтобы они заходили — я не вижу, что им это интересно. Ибо для того, чтобы туда зайти, нужно понимать, что с этим делать. А у меня большие сомнения, что у них такое понимание есть.
— Сейчас все чаще раздаются призывы к военно-политическому руководству Украины по поводу деблокады Мариуполя. Рассматривается ли такой сценарий? Или в нынешней ситуации это нереально?
— Ситуация по Мариуполю четко понятна руководству государства и Вооруженных сил. Все возможные меры, которые можно предпринять в этой ситуации, принимаются. И определенные действия также выполняются, их нельзя объявлять в целом. Возможно, не все могут это видеть, но по мере возможностей и в сверхсложной ситуации руководство государства этим постоянно занимается.
— Сколько сейчас мирных жителей осталось в Мариуполе?
— Около 120 000. Это при 460 000 населения до 24 февраля.
— Ваш личный прогноз по Мариуполю: сколько при нынешнем соотношении сил он сможет продержаться?
— Я бы не давал прогнозы. Понимаю, как сложна ситуация. Как их раздражает, что у них количественное преимущество и они постоянно добавляют, а их отбивают и пленяют наши защитники. Они будут стоять там до конца.
— К чему готовиться оставшимся жителям региона?
— Все, кто имеет возможность, должны временно покинуть регион. Мы все должны отбросить панику. Большая вероятность, что ситуация будет усложняться. Это очевидно. И в таком случае одним из важных рычагов манипуляций и достижением результатов для врага будет население. Поэтому населению нужно уезжать, чтобы выбить этот рычаг из рук оккупанта. И защитникам Донбасса будет гораздо легче бить врага.
— Предусматривает ли правовой режим военного положения опцию принудительного отселения людей, чтобы облегчить задачу украинским защитникам?
— Закон дает такие полномочия военному командованию и администрациям. Но мы не будем превращаться в оккупанта. Более эффективно понимание самого населения. Мы сделаем все, чтобы людям было куда возвращаться. А для этого необходим плацдарм для работы.
Комментарии